Ткань, укрывавшая меня, оказалась чёрным пальто, сшитым из неизвестного мне материала - что-то вроде толстой фланели. Я приподнялась на локте (спина передала «привет» сильным спазмом). Пол подо мной был деревянным, немного покрытым песком (видимо, принесённым на чужих ногах) и стало понятно, как это я не застудила себе что-нибудь жизненно важное. Например, хвост. Всё-таки дерево менее злое в этом плане, чем камень, хотя и не менее твёрдое.

Комнатка, где я очнулась, оказалась небольшой. Воздух был сухим и тёплым от горящего пламени, но лёгкие сквозняки, пробиравшиеся извне, свидетельствовали о том, что снаружи было отнюдь не так тепло, как здесь.

Пламя горело за решётчатой дверцей печки наподобие буржуйки, и уже догорало. Решив, что на сквозняках лежать без обогрева скоро станет некомфортно, я всё же подняла свою несчастную тушку, чтоб подкинуть в печь немного топлива. Стараясь не разбудить спящего - а то был, конечно же, Рыжик, я не сомневалась в этом - я тихонько пробралась к печке.

Тело было, простите, как с похмелья. И голова тоже. Кроме того, очень хотелось пить. Рядом с печкой стояло чёрное металлическое ведро, внутри которого лежал уголь. Присев на колено перед печкой, левой рукой я потянулась за ведром, а правой, не задумываясь, взялась пальцами за ручку печной дверцы:

- АР-Р-РЧ!!

Дура! Конечно, она горяченная - жáра не чувствуешь, что ли? Отбросив брякнувшее ведро, я зажала обожжённые пальцы и зажмурилась от боли. И в этот момент окончательно проснулась. И, конечно же, не я одна.