Холодильник с неоновыми глазами-индикаторами вспыхивал последними, когда внутри него созревала еда. На дверце висели два круглых магнитика с изображением Дино и Жёлтого — откуда Рыжик притащил их, он так и не признался, но, судя по его таинственной улыбке, их ему подарил кто-то из волшебных существ. Возможно, что Вдохновение. Магнитики периодически отваливались, и тогда холодильник нагибался (да, именно нагибался, как живой), вытягивал из бока белую пластмассовую лапу, поднимал магнитики и налеплял их обратно, будто боевые медали. Я дала ему за это прозвище «Белый генерал».

Мойка тихо и меланхолично тёрла прибывающие тарелки, брезгливо плюя в них то водой, то моющим средством, по временам прочищая сеточку сливного отверстия, чтобы та не забивалась объедками.

Электроплита хлопала дверцей духовки и иногда выкрикивала фразы вроде «Горячие пирожки! Чебуреки! Кукуруза!», хотя ничего этого внутри неё не было. Просто плита была с юмором.

Это была та самая кухня, о которой я мечтала — можно было просто приносить и уносить, что тебе захочется, и ничего не надо было готовить или мыть. Я жалела, что не могла похвастаться этим творением перед Жёлтым.

- Тётушка, согрей ещё чаю, - попросила я плиту, и та заботливо поставила чайник на конфорку.

Я зацепила грушу из вазочки и посмотрела в открытое окно.

Да, мир Пути было теперь не узнать.